ЛитБлог
Книжные новинки и рецензии на них
Filed under культурология

Михаил Король, автор “Королевских прогулок”, известен как поэт, эссеист, переводчик, культуролог, преподаватель истории и краеведения, а также как один из самых ярких израильских экскурсоводов.

Данный труд – первая в истории монография на русском языке, целиком и полностью посвящена Храму Гроба Господня в Иерусалиме.

Второй том книги «Королевские прогулки по Иерусалиму» известного в Израиле и в России писателя, поэта, историка, гида, краеведа Михаила Короля является самостоятельной монографией и полностью посвящен описанию и истории христианской святыни в Иерусалиме – Храму Гроба Господня. Впервые столь серьёзное историко-культурологическое исследование на эту тему издается на русском языке. Подобное явление мировой культуры трудно переоценить. И дело, разумеется, не столько в понимании значения религии вообще и христианства в частности. Книга открывает широкие возможности познания мира территориально далёкого от массового русскоязычного читателя, однако бесспорно близкого ему по духу.
Книга построена по принципу «созерцательно-описательного исследования построек и приделов храма» как общечеловеческой, мировой культурной ценности. Авторская концепция передвижения по Храму – предельная свобода, то есть произвольность, что не может не привлечь даже критически настроенного читателя, ибо, как известно, «от перестановки мест» суть явления практически не меняется. Снабжённая необходимыми главами справочного характера, книга в целом представляет собой яркий как по форме, так и по содержанию путеводитель, посвящённый памятнику мировой истории и культуры.
Одно из главных достоинств книги – объективность. Именно поэтому она непременно будет интересна представителям любой религии, конфессии, любого направления и ответвления от традиционных религий. Такой эффект автор создаёт естественно, нет никакого двоякого прочтения в подтексте, ведь сам писатель не исповедует христианство. Таким образом, Михаил Король подаёт читателю великолепный пример толерантности трепетным, бережным отношением к ХГГ как к явлению мировой культуры, своими глубокими знаниями предмета исследования и эмоциональной увлечённостью.
Поражает богатство использованного и прокомментированного материала: от древних первоисточников до современных исследовательских работ. Достаточно лишь взглянуть на библиографию, чтобы понять, какой объем исследовательской работы проделан автором. Объективность отражения предмета исследования удивительным образом сочетается при этом с самобытностью, ведь комментируются не только высказывания, сохранившиеся на стенах, полу Храма, но и создаётся собственный ассоциативный ряд из различных первоисточников, необходимых, по мнению писателя, для подтверждения той или иной мысли. Это придаёт книге яркость, художественность, отличает её от сухих справочников и энциклопедий.
Основная ценность монографии, конечно, имеет культурологический характер. Это широкое понятие вмещает в себя исторические, религиоведческие, лингвистические, литературоведческие, искусствоведческие, архитектурные, этнографические, даже антропологические и многие другие знания. Так в ней сочетается уникальность и универсальность. Бесспорно представляющая огромный интерес для людей науки, она одновременно не сможет оставить равнодушным обычного читателя – мыслящего человека, интересующегося истоками мировой культуры и стремящегося пополнить в этой области свой багаж знаний.
Не может оставить равнодушным читателя и оформительское мастерство создателей книги, оригинальные находки типографского исполнения. Великолепный переплёт, качественная бумага, отражение разноцветного оглавления в верхнем краю каждой страницы (помощь для мобильного ориентирования читателя в главах), яркие качественные фотографии и иллюстрации, расположенные строго вблизи иллюстрируемого материала (так что нет необходимости использовать громоздкие ссылки), схемы описываемых объектов, а также ассоциативное указание на личность автора (знаменитый посох Короля в начале каждой главы) – всё это делает книгу истинным произведением издательского искусства.
Да, русский язык достоин такой книги. Это родной язык для автора, и он владеет им мастерски. Чёткость, точность, конкретность словоупотребления сочетается здесь с уместным просторечием, оригинальным каламбуром, иногда даже с окказионализмом. Глубокий труд научно-популярного характера написан ярким, сочным, доступным языком.
От книги веет теплом и добром. Побольше бы таких явлений в нашем сложном, разобщённом, враждующем мире. Интерес к книге сможет объединить разных по национальности, вероисповеданию, пристрастиям и увлечениям людей. Во многом этому способствует личность автора – Михаила Короля. Энциклопедически образованный человек, философ, писатель, историк, он ещё и профессиональный путешественник, пытливый исследователь и той земли, на которой живёт, и нашего общего дома – планеты Земля, не в астрономическом, разумеется, а в общечеловеческом смысле. Многочисленные аллюзии и ассоциации в процессе основного повествования – яркое свидетельство этому. Так, посвящённая конкретному историко-культурному объекту, книга одновременно становится и философским трактатом, отражением личности Мастера.
Остаётся пожелать писателю творческих успехов, читательского понимания и признания. И да будет благословен его посох!

Светлана Федотенко,

филолог (Россия, Южный федеральный округ)

Фрагмент из Предисловия к книге “Королевские записки по Иерусалиму ХГГ”:

Второй том «Королевских прогулок» посвящен целиком и полностью знакомству с одним из самых культовых центров Иерусалима, с объектом, стоящим на первой ступени религиозной важности для христианского мира, с объектом, занимающим уникальное историческое место в развитии человеческого общества, – с конгломератным комплексом построек разных времен и народов, посвященным последним земным шагам Иисуса из Назарета (именуемого Христом, то есть Помазанником), его казни, его погребению, его чудесному Воскресению на третий день после погребения и всем историческим и фольклорным событиям, последовавшим за этим, вплоть до наших дней. Самые распространенные названия этого сооружения – Храм Гроба Господня или Храм Воскресения. На языке иврит (а это один из родных языков героя места) комплекс именуется כנסית הקבר (кнесийат ха-кевер – «церковь гробницы»). На греческом – Αναστασις (анастасис – Воскресение), или Κυριακος Ταφος (кириакос тафос – Гроб Господень), или просто Ταφος (тафос – Гроб). На латинском – Sepulcrum (сепулхрум – Гробница). К латинскому названию восходит и современное английское – Holy Sepulchre (Святой Гроб). Арабское название - كنيسة القيامة (кениса аль-кийама – церковь Воскресения). Однако в свое время от «аль-кийама» мусульманские жители Иерусалима произвели ругательное «аль-кумама» (القمامة) – «груда мусора»…
В средние века для характеристики места чаще применялось слово «гробница», подчеркивающее локализацию абстрактного понятия «воскресение». И по сей день в русском языке более употребительным названием является Храм Гроба Господня. На страницах этой книги будем его использовать, как доминанту, и мы, приняв очевидное сокращение – ХГГ.
При этом мы будем настаивать на использовании именно термина «храм», а не «церковь», подчеркивая одну из самых основных сакральных особенностей Иерусалима – быть местом для Храма. Само понятие «храм» воспринимается современным ухом несколько помпезно и возвышенно, хотя восходит к более простому – «дом». Достаточно убедится с помощью толкового словаря Даля, что устаревшее значение слова «храм» – «жилой дом». Имеется в виду, впрочем, Дом с большой буквы, то есть дом, принадлежащий Всевышнему (на иврите בית המקדש – Бейт ха-Микдаш – Священный Дом), возведенный царем Соломоном в 950 г. до н.э. и простоявший (выдержав несколько вторжений и одно разрушение) на одном и том же месте, Храмовой горе, вплоть до 70 г., до уничтожения римлянами. Возведение в IV в. базилики на месте Воскресения Иисуса явилось архитектурным торжеством Нового Завета и было ознаменовано декларированным восприятием нового сооружения как Дома Господня, то есть Храма. Как и ветхозаветный предтеча, Новый Храм состоял из трех основных частей и был обращен к западу. Лишь в VII в. после персидского нашествия ХГГ во время восстановительных работ поменял в прямом смысле этого слова ориентацию (от латинского oriens – «восток») и все его алтарные части повернулись навстречу восходу. Со временем Новый Дом «перетянул» к себе с территории заброшенной Храмовой горы и различные ветхозаветные локализации, например, место жертвоприношения Авраама.
А то, что в Доме оказываются и эшафот, и гробница, противоречием в христианстве никак не является, поскольку понятие «смерть» с момента воскресения Спасителя отменяется.
И этот Дом на протяжении веков притягивает не только паломников, не только ревностных верующих и кающихся грешников, но и исследователей самого разного толка, как стремящихся проникнуть в глобальные тайны мироздания, так и пытающихся найти решения исторических задач по этнографии, социологии, искусству, архитектуре, географии и краеведению… Есть ли на свете копилка человеческих ценностей, подобная ХГГ, беспрерывно на протяжении полутора тысячелетий, впитывающая истории и традиции десятков народов мира? Сколько кладов спрятано на чердаках и в подвалах такого древнего дома? Сколько мифов и легенд сопровождают его славу? Сколько еще шедевров искусства и литературы будет преподнесено миру, благодаря этому месту?
И вот что странно: несмотря на все вышесказанное, на русском языке до сих пор не было издано ни одной цельной монографии, посвященной историческому комплексу ХГГ. Нет ни одного иллюстрированного альбома с обзором приделов храма. Ни одного путеводителя по ХГГ. При этом издано минимум две монографии, посвященных феномену / чуду (нужное подчеркнуть) схождения огня в ХГГ. Ну-ну… На наш краеведческий взгляд, бОльшим чудом или феноменом являются сами постройки, связанные с основополагающим чудом христианского мировоззрения, а не с побочными иллюзионами, выполняющими роль костылей для маловерных. Однако более мы не позволим себе подобных субъективных оценок. Наша задача – созерцательно-описательное исследование построек и приделов храма. И посему на страницах данной книги:
А) не приводится никаких оценок и не делается никаких выводов по поводу духовно-мистических явлений, связанных с ХГГ;
Б) не уделяется внимания полемике между исследователями по вопросам точной идентификации исторического места Страстей;
В) сводится до минимума повествование об истории ХГГ (это тема для самостоятельного труда);
Г) не отдается предпочтения ни одному из шести представителей христианских направлений, имеющих наделы в комплексе ХГГ (армяне, греки, католики, копты, сирийцы-яковиты, эфиопы), и производится попытка отстранения от обсуждения межконфессиональных конфликтов.
Итак, перед тобой, дорогой любопытный нос любой конфессиональной принадлежности, первая попытка на русском языке представить общий вид сего удивительного культурно-исторически-религиозно-архитектурного памятника города Иерусалима с попыткой проникновения и описания малодоступных для рядового посетителя мест.
Предвижу некий деликатный вопрос: не странно ли, что автором книги про столь священное, важное и трепетное место для христианского мира является человек, воспитанный в иной вере? Предвижу и вопрос с другой стороны: зачем еврею тратить свое драгоценное время на популяризацию идейно чуждого объекта?
Ответ прост: ХГГ – бесценное достояние Святой Земли, Палестины, Земли сынов Израиля, как ее не назови. Евреям же выпало историческое бремя нести за эту землю и все ее богатства, как природные, так и культурные, ответственность. Не всегда это получается, особенно тогда, когда религиозные амбиции начинают превалировать над общечеловеческими ценностями…
«Утомленные беспрестанною борьбою с укоряющею их истиною Писания, — если они выходят подышать воздухом на террасы своих бедных жилищ, взоры их устремляются попеременно то на Сион, то на гору храма Соломонова, с которых они равно изгнаны; но они отклоняются от вида двух куполов, осеняющих Голгофу», – так описывает А.С. Норов отношение иерусалимских евреев к ХГГ в 1835 г. Но знал ли Норов и другие русские паломники-писатели о том, что в течение многих поколений евреи не имели права не только переступать порог, но и вообще приближаться к ХГГ? Любой иудей, случайно подошедший к храму, подвергался телесным наказаниям, а в отдельных случаях приговаривался к смертной казни. Только после Шестидневной войны 1967 г. евреям стало возможно посещать ХГГ. В записях путешественников разных времен нет-нет, да и встречается описание случаев, когда евреи по ошибке попадали на территорию храма. Некто Ганс Ван Гирнхейм, посетивший Иерусалим в 1569 г., рассказывает, что ему показали при входе в церковь Воскресения трех собак: «Христианам они не причиняли вреда, когда те приближались к собакам, но туркам и евреям грозила опасность, если только кто-нибудь не приходил к ним на помощь…» Другой путешественник поведал о случае, происшедшем в 1789 г. в греческом приделе ХГГ: «Там перед началом молитвы прятался иудей, проникший в храм с процессией паломников. Его немедленно вытащили на площадь перед храмом и в считанные секунды разорвали в клочки». Британский консул рассказывал, что примерно в 1855 г. один еврей, приехавший недавно из Европы и не знавший местных правил, прошелся по краю атриума напротив фасада ХГГ. Христиане схватили его и чуть было не линчевали. Описывая этот случай, консул Хеймсон, отметил: «Британское консульство потребовало изменить эту порочную практику, без всякой связи с тем, чьим подданным был тот пострадавший, русским или австрийским. Поскольку у него не было собственной консульской защиты, то я сам обратился к турецкому паше. Представители греческой церкви утверждали, что место, священное для христиан, не должно быть проходным двором для всех, и для посещения его нехристианами требуется особое разрешение. Они также известили меня, что владеют древним фирманом, где установлена вира за убийство еврея в этом месте в сумме десять пар, что равняется половине английского пени. Несмотря на смехотворность и абсурдность подобного документа, было принято решение сообщить о нем в Константинополь, чтобы получить подтверждение о том, что никакого подобного фирмана никогда не существовало… Этот случай наглядно демонстрирует настроения высших монастырских властей в отношении евреев». А французский путешественник в 1850 г. отмечает, что убийство еврея в ХГГ облагалось вирой в 60 пар.
Ну, подобная дикость, ушла, кажется, слава Богу, в историю.
Интересно, что попытки найти подобные свидетельства, показывающие отрицательное отношение иудеев к ХГГ, или документы, запрещающие евреям посещение территории храма, успехом не увенчались. На фольклорном уровне, да, можно услышать самые абсурдные объяснения, вплоть до того, что из недр Голгофы по сей день просачиваются отравляющие газы, а значит – посещение ХГГ не рекомендуется… Но вот в письменных исторических свидетельствах подобных аргументов не встретишь. Законодательная литература лишь утверждает запрет на посещение любых чужих культовых учреждений, подразумевая участие в богослужении.
В описаниях еврейских путешественников прошлого ХГГ представлен лаконично и скупо. Вот что пишет в 1173 г. рабби Биньямин из Туделлы: «И там есть большой жертвенник (в значении «храм» – М.К.), называемый Сепулькером. И там похоронен тот самый человек, к коему приходят заблудшие». «Заблудшие» – средневековое прозвище христианских паломников. А рабби Овадья из Бертиноро в 1488 г. пишет: «Для каждой конфессии есть своя комната внутри Сепульхро. Ибо это есть большой жертвенник (в значении «храм» – М.К.), и башня внутри его наподобие кампанилы. Только колокола нет там. И по два человека от каждой конфессии там всегда сидят неотлучно».
…В целом, как и в первом томе «Королевских прогулок» перед автором стоит задача показать неповторимое лицо Иерусалима через мозаичность, компилятивность и мульти-культуральную структуру объекта.
Как выстроить маршрут для знакомства (первого, второго, сотого) с ХГГ? Да никак! Двигайтесь хаотически, без всякой строгой последовательности, руководствуясь общим планом ХГГ, и «зависайте», привлеченные то ли дивной капителью, то ли престолом в полумраке, то ли необычной надписью на каменной притолоке. Эта книга попробует помочь вам разобраться в значении храмовых богатств. Но она вовсе не претендует на всесторонний и кончательный вариант монографии о ХГГ и его истории. Будем надеяться, что вслед за этой работой появятся и другие, более совершенные, ибо, как и было предречено, «идущий за мной, сильнее меня» (Мф. 3:11).
…Имеет смысл во вступительной главе напомнить читателям о событиях, благодаря которым ХГГ приобрел столь сакрально-глобальное значение. Помогут нам в этом стихи канонических Евангелий, описывающие и последние мгновения земной жизни Иисуса, и погребение и попрание смерти.
От Матфея:
«И, придя на место, называемое Голгофа, что значит: Лобное место, дали Ему пить уксуса, смешанного с желчью; и, отведав, не хотел пить. Распявшие же Его делили одежды Его, бросая жребий; и, сидя, стерегли Его там; и поставили над головою Его надпись, означающую вину Его: Сей есть Иисус, Царь Иудейский. Тогда распяты с Ним два разбойника: один по правую сторону, а другой по левую. Проходящие же злословили Его, кивая головами своими и говоря: Разрушающий храм и в три дня Созидающий! спаси Себя Самого; если Ты Сын Божий, сойди с креста. Подобно и первосвященники с книжниками и старейшинами и фарисеями, насмехаясь, говорили: других спасал, а Себя Самого не может спасти; если Он Царь Израилев, пусть теперь сойдет с креста, и уверуем в Него; уповал на Бога; пусть теперь избавит Его, если Он угоден Ему. Ибо Он сказал: Я Божий Сын. Также и разбойники, распятые с Ним, поносили Его. От шестого же часа тьма была по всей земле до часа девятого; а около девятого часа возопил Иисус громким голосом: Или, Или! лама савахфани? то есть: Боже Мой, Боже Мой! для чего Ты Меня оставил? Некоторые из стоявших там, слыша это, говорили: Илию зовет Он. И тотчас побежал один из них, взял губку, наполнил уксусом и, наложив на трость, давал Ему пить; а другие говорили: постой, посмотрим, придет ли Илия спасти Его.
Иисус же, опять возопив громким голосом, испустил дух. И вот, завеса в храме раздралась надвое, сверху донизу; и земля потряслась; и камни расселись; и гробы отверзлись; и многие тела усопших святых воскресли и, выйдя из гробов по воскресении Его, вошли во святый град и явились многим. Сотник же и те, которые с ним стерегли Иисуса, видя землетрясение и все бывшее, устрашились весьма и говорили: воистину Он был Сын Божий. Там были также и смотрели издали многие женщины, которые следовали за Иисусом из Галилеи, служа Ему; между ними были Мария Магдалина и Мария, мать Иакова и Иосии, и мать сыновей Зеведеевых. Когда же настал вечер, пришел богатый человек из Аримафеи, именем Иосиф, который также учился у Иисуса; он, придя к Пилату, просил тела Иисусова. Тогда Пилат приказал отдать тело; и, взяв тело, Иосиф обвил его чистою плащаницею и положил его в новом своем гробе, который высек он в скале; и, привалив большой камень к двери гроба, удалился. Была же там Мария Магдалина и другая Мария, которые сидели против гроба. На другой день, который следует за пятницею, собрались первосвященники и фарисеи к Пилату и говорили: господин! Мы вспомнили, что обманщик тот, еще будучи в живых, сказал: после трех дней воскресну; итак прикажи охранять гроб до третьего дня, чтобы ученики Его, придя ночью, не украли Его и не сказали народу: воскрес из мертвых; и будет последний обман хуже первого. Пилат сказал им: имеете стражу; пойдите, охраняйте, как знаете. Они пошли и поставили у гроба стражу, и приложили к камню печать.
По прошествии же субботы, на рассвете первого дня недели, пришла Мария Магдалина и другая Мария посмотреть гроб. И вот, сделалось великое землетрясение, ибо Ангел Господень, сошедший с небес, приступив, отвалил камень от двери гроба и сидел на нем; вид его был, как молния, и одежда его бела, как снег; устрашившись его, стерегущие пришли в трепет и стали, как мертвые;
Ангел же, обратив речь к женщинам, сказал: не бойтесь, ибо знаю, что вы ищете Иисуса распятого; Его нет здесь – Он воскрес, как сказал. Подойдите, посмотрите место, где лежал Господь, и пойдите скорее, скажите ученикам Его, что Он воскрес из мертвых и предваряет вас в Галилее; там Его увидите. Вот, я сказал вам.
И, выйдя поспешно из гроба, они со страхом и радостью великою побежали возвестить ученикам Его»
(27:31-66; 28:1-8) .
От Марка:
«И привели Его на место Голгофу, что значит: Лобное место. И давали Ему пить вино со смирною; но Он не принял. Распявшие Его делили одежды Его, бросая жребий, кому что взять. Был час третий, и распяли Его. И была надпись вины Его: Царь Иудейский. С Ним распяли двух разбойников, одного по правую, а другого по левую сторону Его. И сбылось слово Писания: и к злодеям причтен. Проходящие злословили Его, кивая головами своими и говоря: э! разрушающий храм, и в три дня созидающий! спаси Себя Самого и сойди со креста. Подобно и первосвященники с книжниками, насмехаясь, говорили друг другу: других спасал, а Себя не может спасти. Христос, Царь Израилев, пусть сойдет теперь с креста, чтобы мы видели, и уверуем. И распятые с Ним поносили Его. В шестом же часу настала тьма по всей земле и продолжалась до часа девятого. В девятом часу возопил Иисус громким голосом: Элои! Элои! ламма савахфани? – что значит: Боже Мой! Боже Мой! для чего Ты Меня оставил? Некоторые из стоявших тут, услышав, говорили: вот, Илию зовет. А один побежал, наполнил губку уксусом и, наложив на трость, давал Ему пить, говоря: постойте, посмотрим, придет ли Илия снять Его. Иисус же, возгласив громко, испустил дух. И завеса в храме раздралась надвое, сверху донизу. Сотник, стоявший напротив Его, увидев, что Он, так возгласив, испустил дух, сказал: истинно Человек Сей был Сын Божий. Были тут и женщины, которые смотрели издали: между ними была и Мария Магдалина, и Мария, мать Иакова меньшего и Иосии, и Саломия, которые и тогда, как Он был в Галилее, следовали за Ним и служили Ему, и другие многие, вместе с Ним пришедшие в Иерусалим. И как уже настал вечер, – потому что была пятница, то есть день перед субботою, – пришел Иосиф из Аримафеи, знаменитый член совета, который и сам ожидал Царствия Божия, осмелился войти к Пилату, и просил тела Иисусова. Пилат удивился, что Он уже умер, и, призвав сотника, спросил его, давно ли умер? И, узнав от сотника, отдал тело Иосифу. Он, купив плащаницу и сняв Его, обвил плащаницею, и положил Его во гробе, который был высечен в скале, и привалил камень к двери гроба. Мария же Магдалина и Мария Иосиева смотрели, где Его полагали.
По прошествии субботы Мария Магдалина и Мария Иаковлева и Саломия купили ароматы, чтобы идти помазать Его. И весьма рано, в первый день недели, приходят ко гробу, при восходе солнца, и говорят между собою: кто отвалит нам камень от двери гроба? И, взглянув, видят, что камень отвален; а он был весьма велик. И, войдя во гроб, увидели юношу, сидящего на правой стороне, облеченного в белую одежду; и ужаснулись. Он же говорит им: не ужасайтесь. Иисуса ищете Назарянина, распятого; Он воскрес, Его нет здесь. Вот место, где Он был положен.
Но идите, скажите ученикам Его и Петру, что Он предваряет вас в Галилее; там Его увидите, как Он сказал вам. И, выйдя, побежали от гроба; их объял трепет и ужас, и никому ничего не сказали, потому что боялись. Воскреснув рано в первый день недели, Иисус явился сперва Марии Магдалине, из которой изгнал семь бесов».
(15:22-46; 16:1-9).
От Луки:
«Вели с Ним на смерть и двух злодеев. И когда пришли на место, называемое Лобное, там распяли Его и злодеев, одного по правую, а другого по левую сторону.
Иисус же говорил: Отче! прости им, ибо не знают, что делают. И делили одежды Его, бросая жребий. И стоял народ и смотрел. Насмехались же вместе с ними и начальники, говоря: других спасал; пусть спасет Себя Самого, если Он Христос, избранный Божий. Также и воины ругались над Ним, подходя и поднося Ему уксус
и говоря: если Ты Царь Иудейский, спаси Себя Самого. И была над Ним надпись, написанная словами греческими, римскими и еврейскими: Сей есть Царь Иудейский. Один из повешенных злодеев злословил Его и говорил: если Ты Христос, спаси Себя и нас. Другой же, напротив, унимал его и говорил: или ты не боишься Бога, когда и сам осужден на то же? и мы осуждены справедливо, потому что достойное по делам нашим приняли, а Он ничего худого не сделал. И сказал Иисусу: помяни меня, Господи, когда приидешь в Царствие Твое! И сказал ему Иисус: истинно говорю тебе, ныне же будешь со Мною в раю. Было же около шестого часа дня, и сделалась тьма по всей земле до часа девятого: и померкло солнце, и завеса в храме раздралась по средине. Иисус, возгласив громким голосом, сказал: Отче! в руки Твои предаю дух Мой. И, сие сказав, испустил дух. Сотник же, видев происходившее, прославил Бога и сказал: истинно человек этот был праведник. И весь народ, сшедшийся на сие зрелище, видя происходившее, возвращался, бия себя в грудь. Все же, знавшие Его, и женщины, следовавшие за Ним из Галилеи, стояли вдали и смотрели на это. Тогда некто, именем Иосиф, член совета, человек добрый и правдивый, не участвовавший в совете и в деле их; из Аримафеи, города Иудейского, ожидавший также Царствия Божия, пришел к Пилату и просил тела Иисусова; и, сняв его, обвил плащаницею и положил его в гробе, высеченном в скале , где еще никто не был положен. День тот был пятница, и наступала суббота. Последовали также и женщины, пришедшие с Иисусом из Галилеи, и смотрели гроб, и как полагалось тело Его; возвратившись же, приготовили благовония и масти; и в субботу остались в покое по заповеди.
В первый же день недели, очень рано, неся приготовленные ароматы, пришли они ко гробу, и вместе с ними некоторые другие; но нашли камень отваленным от гроба. И, войдя, не нашли тела Господа Иисуса. Когда же недоумевали они о сем, вдруг предстали перед ними два мужа в одеждах блистающих. И когда они были в страхе и наклонили лица свои к земле, сказали им: что вы ищете живого между мертвыми? Его нет здесь: Он воскрес; вспомните, как Он говорил вам, когда был еще в Галилее, сказывая, что Сыну Человеческому надлежит быть предану в руки человеков грешников, и быть распяту, и в третий день воскреснуть. И вспомнили они слова Его; и, возвратившись от гроба, возвестили все это одиннадцати и всем прочим. То были Магдалина Мария, и Иоанна, и Мария, мать Иакова, и другие с ними, которые сказали о сем Апостолам. И показались им слова их пустыми, и не поверили им. Но Петр, встав, побежал ко гробу и, наклонившись, увидел только пелены лежащие, и пошел назад, дивясь сам в себе происшедшему»
(23:32-55; 24:1-12).
От Иоанна:
«И, неся крест Свой, Он вышел на место, называемое Лобное, по-еврейски Голгофа; там распяли Его и с Ним двух других, по ту и по другую сторону, а посреди Иисуса. Пилат же написал и надпись, и поставил на кресте. Написано было: Иисус Назорей, Царь Иудейский. Эту надпись читали многие из Иудеев, потому что место, где был распят Иисус, было недалеко от города, и написано было по-еврейски, по-гречески, по-римски. Первосвященники же Иудейские сказали Пилату: не пиши: Царь Иудейский, но что Он говорил: Я Царь Иудейский.
Пилат отвечал: что я написал, то написал. Воины же, когда распяли Иисуса, взяли одежды Его и разделили на четыре части, каждому воину по части, и хитон; хитон же был не сшитый, а весь тканый сверху. Итак сказали друг другу: не станем раздирать его, а бросим о нем жребий, чей будет, – да сбудется реченное в Писании: разделили ризы Мои между собою и об одежде Моей бросали жребий. Так поступили воины. При кресте Иисуса стояли Матерь Его и сестра Матери Его, Мария Клеопова, и Мария Магдалина. Иисус, увидев Матерь и ученика тут стоящего, которого любил, говорит Матери Своей: Жено! се, сын Твой. Потом говорит ученику: се, Матерь твоя! И с этого времени ученик сей взял Ее к себе.
После того Иисус, зная, что уже все совершилось, да сбудется Писание, говорит: жажду. Тут стоял сосуд, полный уксуса. Воины, напоив уксусом губку и наложив на иссоп, поднесли к устам Его. Когда же Иисус вкусил уксуса, сказал: совершилось! И, преклонив главу, предал дух. Но так как тогда была пятница, то Иудеи, дабы не оставить тел на кресте в субботу, – ибо та суббота была день великий, – просили Пилата, чтобы перебить у них голени и снять их. Итак пришли воины, и у первого перебили голени, и у другого, распятого с Ним. Но, придя к Иисусу, как увидели Его уже умершим, не перебили у Него голеней, но один из воинов копьем пронзил Ему ребра, и тотчас истекла кровь и вода. И видевший засвидетельствовал, и истинно свидетельство его; он знает, что говорит истину, дабы вы поверили. Ибо сие произошло, да сбудется Писание: кость Его да не сокрушится. Также и в другом месте Писание говорит: воззрят на Того, Которого пронзили. После сего Иосиф из Аримафеи – ученик Иисуса, но тайный из страха от Иудеев, – просил Пилата, чтобы снять тело Иисуса; и Пилат позволил. Он пошел и снял тело Иисуса. Пришел также и Никодим, – приходивший прежде к Иисусу ночью, – и принес состав из смирны и алоя, литр около ста. Итак они взяли тело Иисуса и обвили его пеленами с благовониями, как обыкновенно погребают Иудеи.
На том месте, где Он распят, был сад, и в саду гроб новый, в котором еще никто не был положен. Там положили Иисуса ради пятницы Иудейской, потому что гроб был близко.
В первый же день недели Мария Магдалина приходит ко гробу рано, когда было еще темно, и видит, что камень отвален от гроба.
Итак, бежит и приходит к Симону Петру и к другому ученику, которого любил Иисус, и говорит им: унесли Господа из гроба, и не знаем, где положили Его. Тотчас вышел Петр и другой ученик, и пошли ко гробу. Они побежали оба вместе; но другой ученик бежал скорее Петра, и пришел ко гробу первый. И, наклонившись, увидел лежащие пелены; но не вошел во гроб. Вслед за ним приходит Симон Петр, и входит во гроб, и видит одни пелены лежащие, и плат, который был на главе Его, не с пеленами лежащий, но особо свитый на другом месте. Тогда вошел и другой ученик, прежде пришедший ко гробу, и увидел, и уверовал. Ибо они еще не знали из Писания, что Ему надлежало воскреснуть из мертвых. Итак ученики опять возвратились к себе. А Мария стояла у гроба и плакала. И, когда плакала, наклонилась во гроб, и видит двух Ангелов, в белом одеянии сидящих, одного у главы и другого у ног, где лежало тело Иисуса. И они говорят ей: жена! что ты плачешь? Говорит им: унесли Господа моего, и не знаю, где положили Его. Сказав сие, обратилась назад и увидела Иисуса стоящего; но не узнала, что это Иисус. Иисус говорит ей: жена! что ты плачешь? кого ищешь? Она, думая, что это садовник, говорит Ему: господин! если ты вынес Его, скажи мне, где ты положил Его, и я возьму Его. Иисус говорит ей: Мария! Она, обратившись, говорит Ему: Раввуни! – что значит: Учитель! Иисус говорит ей: не прикасайся ко Мне, ибо Я еще не восшел к Отцу Моему; а иди к братьям Моим и скажи им: восхожу к Отцу Моему и Отцу вашему, и к Богу Моему и Богу вашему»
(19:17-38; 20:1-18).

…Несколько слов о структуре данной книги. Вслед за этим вступлением последует иллюстрированная хронологическая таблица, заменяющая собой исторический очерк. Далее – главы-очерки, каждая из которых является своеобразным миниатюрным путеводителем по тому или иному участку храма. Выбрать порядок следования глав было делом непростым. С одной стороны, хотелось соблюсти принцип мозаичности и калейдоскопности, но при этом избежать хаотической случайности, с другой стороны, и продумать некоторую схему общего следования от главы к главе, от одного придела ХГГ к другому. Выход был найден следующий: поверх общей схемы ХГГ была начерчена одной линией восьмиконечная звезда, более или менее захватывающая пространство плана. Октаграмма – древний христианский символ вечной жизни, олицетворяющий грядущий восьмой день творения Господня. Кроме того, восьмиконечная звезда издреле ассоциировалась с Богородицей и символизировала звезду, ведшую волхвов в Вифлеем. Более уместной фигуры для обозначения направления ознакомительного маршрута по ХГГ, не придумаешь. Итак, порядок следования глав определен следующим рисунком:

Комментариев (0) Posted by Said on Среда, августа 4, 2010


You can follow any responses to this entry through the magic of "RSS 2.0" and leave a trackback from your own site.

Post A Comment